Статьи
Статья
Победа над оспой

23 октября 1768 года Императрица Всероссийская Екатерина II привилась от оспы, подав пример своим подданным, боявшимся прививки. Страх этот был не лишен основания: прививка делалась гноем больного и могла стать фатальной. Тем не менее это была спасительная практика, если рассматривать статистику.

Убийца миллионов

Еще недавно оспа уносила жизни миллионов людей, ослепляла и уродовала выживших. Немцы придумали поговорку: «Любовь и оспа неизбежны», а французские полицейские указывали особую примету в описаниях людей: «Нет шрамов от оспин».

Естественно, люди с древних времен искали способ защититься от этой высокозаразной вирусной инфекции. Индусы придумали богиню оспы Мариатале и пытались ее задобрить, корейцы подносили дары «уважаемому гостю оспа», но это не помогало. Первые эпидемии зарегистрированы в Китае в IV веке, в Корее — в VI веке, в Японии — в VIII веке: в 737 году от оспы вымерли 30% японцев. Первый способ защиты с помощью прививки был придуман именно на Востоке во времена раннего Средневековья. Здоровым людям стали заносить гной больного, извлекая его из созревшего пузырька на коже. Этот метод получил название «вариоляция», он практиковался в Индии в VIII веке, в Китае — в X веке, а до Европы дошел только в первой половине XVIII века.

Первой европейской женщиной, решившейся на вариоляцию, стала английская писательница и путешественница Мэри Уортли-Монтегю. Будучи женой британского посла в османском Константинополе, она узнала о турецкой массовой практике прививать девочек, предназначенных для гаремов: вариоляция защищала их от эпидемий и предотвращала появление некрасивых оспин на лице. Решительная англичанка привила своего пятилетнего сына в 1718 году, а затем и свою трехлетнюю дочь в 1721 году в разгар эпидемии оспы. Вернувшись в Европу, она стала активно пропагандировать вариоляцию — и небезуспешно. В Англии начались опыты над преступниками и детьми из церковных приютов. Выяснилось, что смертность от такой прививки составляет 2%, а это в 10–20 раз меньше, чем шансы умереть от эпидемии натуральной оспы. Вариоляция стала популярным методом вакцинации, несмотря на риски. Привита была даже семья британского короля Георга I.

Философ Вольтер рассказал о борьбе англичан с антипрививочниками в «Философских письмах»: «Обыкновенно в Европе говорят, что англичане сумасшедший и экзальтированный народ; сумасшедший, так как они своим детям прививают оспу, чтобы воспрепятствовать появлению ее у них; экзальтированный, так как они с радостью сообщают своим детям эту ужасную болезнь с целью предупредить зло еще неизвестное. Англичане же с своей стороны говорят: прочие европейцы — трусы и люди вырождающиеся. Трусы потому, что они боятся причинить детям незначительную боль; выродившиеся люди потому, что подвергают своих детей опасности погибнуть от оспы».

И все же это был очень опасный метод. Многие умирали от прививки человеческой оспой, в том числе богослов Джонатан Эдвардс в 1758 году. Английский врач Геберден подсчитал, что за 40 лет применения вариоляции в Лондоне умерло на 25 000 больше людей, чем до введения этой прививки. Франция официально запретила этот метод вакцинации в 1762 году.

Оспопрививание в России

Однако Екатерина II была полна решимости ввести оспопрививание в России и верила в силу прививки. Оспа всерьез угрожала императорскому двору: она обезобразила лицо ее мужа Петра III, переболевшего в молодом возрасте, от оспы скончалась их годовалая дочь Анна Петровна в 1759 года. Принимая решение о вариоляции, Екатерина хотела защитить не только себя, но и сына Павла — наследника двора: в 1768 году ему было 14 лет. Как раз в этот год от оспы скончалась жена наставника цесаревича — графиня Шереметева и смерть могла вот-вот пожаловать в покои императрицы.

В октябре из Лондона в Санкт-Петербург срочно доставили опытного врача Димсдейла. Гной для прививки взяли у шестилетнего крестьянского мальчика Александра Маркова — после выздоровления Екатерины II он получил дворянский чин, фамилию Оспенный и герб, на котором изображена рука с видимой зрелой оспиной.

История умалчивает о том, что чувствовали придворные императрицы, вынужденные обслуживать и обхаживать ее в дни после прививки — наверняка мысленно они уже готовились умереть от оспы. Только на шестой день у Екатерины II появились симптомы заболевания и она уединилась в Царском Селе. Готовилась к смерти и сама больная: она распорядилась держать наготове упряжку лошадей для доктора на случай, если она умрет. Димсдейл должен был срочно уехать из России, чтобы спастись от расправы. Пока императрица выздоравливала, ее сын Павел заболел ветрянкой. Прививку от оспы он получил, когда поправился, — 10 ноября. К тому времени стало очевидно, что Екатерина II хорошо перенесла вариоляцию и ее придворные также поспешили получить «оспинку от императрицы». Врач был награжден титулом баронета и пожизненной пенсией. Позже он снова вернулся в Россию, чтобы привить от оспы жену Павла Марию Федоровну и их детей, внуков Екатерины II. Инициативу императрицы современники прославляли в одах, отчеканили памятную медаль «Собою подала пример» и даже поставили балет «Побежденное предрассуждение».

Когда в 1774 году от оспы скончался французский король Людовик XV, заразившийся от своей любовницы, Екатерина воскликнула: «Какое варварство!» Оспопрививание в России к тому времени стало обязательным, хотя и рискованным мероприятием.

Окончательная победа

В 1765 году, за три года до прививания Екатерины II, лондонское научное сообщество узнало о более безопасном способе защититься от оспы. Врач Джон Фьюстер и его коллега Суттон сообщили, что пациенты, переболевшие коровьей оспой, не болеют тяжелой натуральной оспой даже во время эпидемий. Но это наблюдение сельских докторов показалось лондонским ученым простой случайностью и они не обратили на него должного внимания.

Лишь один человек, присутствовавший на этом докладе, — Эдвард Дженнер — запомнил это сообщение и стал вести наблюдения. Он отслеживал случи коровьей оспы в течение 30 лет и убедился, что, заразившись от коровы, человек приобретает стойкий иммунитет к натуральной оспе. Его догадки подтверждал тот факт, что доярки болели человеческой оспой гораздо реже других людей. Шли годы, и появлялись первые смельчаки — испытатели прививки: в 1774 году во время эпидемии оспы английский фермер Бенджамин Джести привил «коровьей прививкой» двоих детей и жену, а в 1791-м немецкий учитель Петер Плетт вакцинировал таким же образом всю свою семью.

14 мая 1796 года Эдвард Дженнер провел первый публичный опыт вакцинации от оспы. В присутствии зрителей он взял жидкость из пустулы доярки, заразившейся коровьей оспой, и занес ее в маленькие порезы на руке восьмилетнего мальчика Джеймса Фиппса, сына своего садовника. Ребенок немного похворал и через неделю был здоров, после чего ему была привита человеческая оспа — без всяких последствий. В дальнейшем Фиппса пытались заразить натуральной оспой еще 20 раз, но он оставался здоров, демонстрируя завидный иммунитет к болезни и высокую эффективность прививки. С 1800 года вакцинация от оспы стала обязательной в английской армии и на флоте.

В 1803 году вакцину доставили в Новый Свет, применив для этого интересный способ. Врач Франциск Хавьер де Бальми, получивший это задание от испанского короля, взял из приютов 22 здоровых мальчика в возрасте от трех до девяти лет и последовательно прививал их в путешествии: первые два ребенка были заражены коровьей оспой перед отъездом, от них порцию гноя попарно получали следующие. Так, благодаря «живой цепочке», стала возможна вакцинация людей в Северной и Южной Америке.

Последний случай заражения оспой был зарегистрирован 26 октября 1977 года в сомалийском городе Марка. С тех пор эта болезнь считается полностью побежденной благодаря массовой вакцинации.

 

23.10.2019 11:38:58