Почему мы любим футбол
Футбол давно перестал быть просто игрой — для миллиардов людей по всему миру он стал источником сильнейших эмоций и коллективных переживаний. Почему именно футбол объединяет незнакомцев в единую, почти «живую» толпу? Что происходит с психикой человека, когда победы и проигрыши любимой команды он отожествляет сосвоими? он становится частью фанатского сообщества и переживает победы и поражения как личные?
Почему именно футбол стал главной игрой на планете?
Главный секрет футбола — в его объединяющей силе. Он погружает человека в энергичный, экспрессивный мир, сообщество таких же болельщиков, фанатов, и это сообщество мощное, живое, пульсирующее и невероятно затягивающее.
Особенно это чувствуется во время больших чемпионатов, где сроки сжаты, а эмоции многократно усилены. «Болея», мы получаем глоток свежего воздуха и проживание себя частью культуры здесь и сейчас.
И для нас сегодняшних — это частичка детства, беззаботность и вера в лучшее, в достижения, в победы и яркость жизни…
Нам понятна игра, понятны ее правила. Здесь не нужна специальная подготовка — если говорить о футболе любительском, ведь бегать мы все умеем. В футболе мы встречаемся в безопасном открытом общении. И даже то, что игра состоит из таймов, придает ей интерес — в каждом из периодов есть ощущение завершенности и маленькой победы.
Ритмичность игры дает нам ощущение порядка и снижение тревожности, а полная погруженность и концентрация вовлекает и разгружает от навязчивых мыслей и сложных решений в реальной жизни. Мы можем переложить на время ответственность, не бояться действовать быстро, но жить здесь и сейчас.
Футбольный фанат — кто это такой
Любовь футбольного фаната с одной стороны похожа на идеальное чувство из теории любви Р. Стернберга. В «формуле любви» три компонента:
- интимность (близость, понимание),
- страсть (влечение, эмоциональность),
- преданность (долговременность).
Но есть одно НО.
Отношения на страсти, как мы знаем, не долговременны, а близость и понимание неглубоки. В этом смысле можно проявлять свою эмоциональность без обязательств, но сильно и ярко. Таким образом, происходит удовлетворение потребности в самовыражении.
У человека есть потребность в принадлежности, деление всего вокруг на «своих» и «чужих». Подробно это разбирается в теории групповой сплоченности М. Шерифа.
Мы разговариваем, как наша команда, одеваемся и переживаем одно и то же. Не предаем свою мечту и игнорируем недоверие и нападки. Вместе встречаемся лицом к лицу со своими страхами и вместе их преодолеваем. В такой атмосфере люди не боятся принимать себя такими, какие они есть на самом деле, без объяснений, без прошлого, без рациональных социальных ролей и масок.
А еще нам свойственна потребность в признании. Это уже раскрывается в теории социальной идентичности Г. Тайфеля.
Фанаты проявляются в соперничестве с другими и поддержкой своих. Своя группа в таком случае наделяется положительными качествами, и слияние с ней дает возможность получить ощущение совместных усилий. Болельщик получает новую роль — активный, искренний, преданный — это одновременное признание его ценности, достоинства и свободы. Исследования показали, что через такой механизм у людей снижается тревожность, и наоборот, усиливаетсться ощущение благополучия.
Что мы ищем в футболе
Так можно ли сказать, что футбол заменяет нам древние инстинкты? Что регулярный просмотр матчей на стадионе или у экрана — это цивилизованная суррогатная форма участия в племенных битвах?
Думаю, да, так как здесь разворачиваются идеи социальной идентичности фаворитизма и предвзятости, а они в своих крайних проявлениях — про развитие, в том числе и соперничества. При этом все происходит в безопасной среде, без риска и жертв.
Почему одни люди обожают футбол, а другие абсолютно к нему равнодушны? Есть ли общие черты у тех и у других?
Футбольные болельщики в первую очередь скорее экстраверты и сангвиники/холерики. Но все-таки, исходя из вышесказанного, футбол про ценность «Я-социального» и его возможной недооценки в реальной жизни.
И еще можно остановиться на таком моменте как биргинг — желание «греться в лучах славы». Это то, что дает «ощущение теплого сияния успеха», когда представление о самом себе повышается за счет ассоциации с успехом другого/других. Снова речь идет про социальную идентичность, улучшение статуса и про некую чувствительность к данным факторам.
Что дает человеку сопереживание чужим победам и поражениям?
Удовлетворение потребности в признании и принадлежности закрепляется через дофамин и норадреналин. Напряжение уходит, а совместное проживание увеличивает эмоциональное переживание до эйфории. Интенсивность эмоции возрастает благодаря эмоциональному заражению и поглощению. Такие поверхностные (быстрые) дофаминовые стимулы с одной стороны про легкость и снятие напряжения, как уже говорилось выше, а с другой — про риск зависимости, если у человека дефицит в дофаминовых стимулах в повседневной жизни.
И как не стать зависимым?
Здесь хочется отметить самое важное: игровая зависимость, в отличии от других видов зависимостей практически не подается коррекции. Это больше про игру на деньги, лудоманию, но, все равно, речь идет о том, что проживание победы, триумфа может перекрыть всю работу префронтальной коры, отвечающей за контроль поведения.
А степень любой зависимости определятся, тем, насколько интересы человека подчинены данной игре, насколько это влияет на его общение с другими, и как долго это длится. В норме должны быть различные интересы и увлечения, общение только развивать и развиваться, а не ограничивать и снижаться. Привычка не должна определять весь образ жизни.
Суперкомпьютер предсказал чемпиона мира по футболу 2026 года
Когда эмоции побеждают разум: нейробиологи объяснили природу фанатизма