Почему мы едим только мутантов

Чем генная модификация отличается от селекции? Как используют радиацию при cоздании «органических» продуктов? Можно ли сейчас купить натуральную еду? Продолжая рассказ о современной еде, на эти вопросы отвечает гость передачи «Вопрос науки» Алексея Семихатова — химик-технолог Сергей Николаевич Белков.

Генетическая модификация прежде всего — это процесс искусственного, направленного изменения генома того или иного организма, придача ему нужных нам признаков. Формально точной границы между генетической модификацией и селекцией не существует.

С биологической точки зрения все живые существа на этой планете являются генномодифицированными организмами. У нас 50% общих генов с бананом. Можно сказать, что банан — это генномодифицированный человек. Современная «натуральная» картошка также модифицирована по отношению к ее начальным предкам.

© Дикий картофель

Селекция — это и есть генная модификация. Отбор особей с нужными генами, новый отбор после следующего изменения. Просто это более долгий процесс, чем современная генная модификация. Вот один пример из истории про то, что селекция может быть весьма опасной. В конце 60-х был выведен специальный сорт картофеля для приготовления чипсов — ленапе. У него были очень классные вкусовые свойства, но люди от него заболевали. В этом сорте оказалось повышенное содержание ядовитого соланина, через три года разведение пришлось прекращать.

В то же время все современные бананы являются триплоидными мутантами. Генномодифицированными по отношению к диким бананам. «Триплоидный» означает, что у него три набора хромосом и он не может размножаться. Это страшный мутант без семян. С изменённым геномом по отношению к его оригинальному предку.

© Дикий банан

Мутации проявляются и без участия человека, но для современной селекции — недостаточно часто. Для получения каких-то новых, случайных признаков, на основании которых можно потом строить отбор, растение целенаправленно калечат сильными химическими мутагенами. Оно начинает сильно мутировать, а из того, что получится, мы отберем то, что нам нужно. То, что нам нравится, посадим на поле.

В случае трансгенов мы знаем, что куда вставляем, какие вещества в результате в растении продуцируем. При обработке мутагенами результат случаен. Но при этом боимся мы все трансгенов. И с удовольствием покупаем органическую еду, которую обработали мутагенами. Большинство сортов современных растений при выведении обрабатывали мутагенами. Натуральной еды — в представлении человека о натуральности — давно не существует.

Есть и другой способ вызывания направленных мутаций. Ставится радиоактивный излучатель, который обрабатывает поля радиацией, очень сильной, вызывая мутации. Нужные мутанты отбираются и потом появляются на прилавках. В том числе под маркой «органик-фуд». Более того, в связи с дороговизной и агрессией по отношению к генной модификации в последнее время в Европе очень сильный рост заявок на разработку культур именно таким способом. В случае ГМО производитель обязан потратить огромные суммы на допуск, на исследование безопасности. А в данном случае он просто продает, и всё.

Делить вещи на натуральные и ненатуральные — это какая-то колоссальная глупость. Потому что в мире полно натуральных вещей, которые мне не нравятся, начиная от болезни и кончая смертью. И полно искусственных вещей, с которыми я счастлив и не хочу расставаться. Даже деревянный дом — это не натуральный дом. Потому что это не пещера. И не случайное укрытие где-то в земле.

Поэтому вещи надо делить на полезные и вредные, на здоровые и нездоровые. Делить на натуральные и ненатуральные — это глупо. Есть такая мысль в обществе, что в последние годы увеличилось количество раковых заболеваний, заболеваний диабета, и это всё потому, что в продаже появились генномодифицированные культуры. Есть прекрасный график, который показывает зависимость количества новых случаев аутизма от объема продаж органической еды. Вот той самой чистой, без пестицидов и т. д. По общественной логике есть два варианта: либо органическая еда вызывает аутизм, либо люди со склонностью к аутизму любят покупать органическую еду.

Когда мы говорим о современных ГМО, то, как правило, речь идет все-таки о трансгенах. Это когда взяли ген из одного организма, целенаправленно встроили в геном другого и запустили его там. Вероятность ошибок при этом способе тоже существует. Она исчезающе мала, но существует. На данный момент факт в том, что опасность генномодифицированных организмов не больше, а скорее меньше, чем любых других.

Перенося гены, мы можем создать комбинации, которые не существуют в природе. То, чем не обладают предки этого растения. Создается что-то новое, и именно новизна — это один из факторов человеческого страха.

© Излучатель на поле Института радиационной селекции, префектура Ибараки, Япония

ГМО — это точечное, целевое ускорение эволюции по какому-то признаку. Сейчас технологии именно трансгенов немножко утихают. Больше в моде технологии редактирования генов, что намного интереснее в каком-то смысле. На сегодняшний день, я думаю, все шансы у этих технологий есть. Дальнейшее развитие этой области науки сильно зависит от общества.

Читайте также
Кто выиграет гонку: вирус, иммунная система или технологии?
Кто выиграет гонку: вирус, иммунная система или технологии?
Прямо сейчас происходит гонка нашей иммунной системы, науки, технологии и вируса
От искусства до науки: 10 фактов из истории криптографии
От искусства до науки: 10 фактов из истории криптографии
Вы точно сталкиваетесь с криптографией каждый день, даже если не осознаете этого.
Новые открытия дают надежду на лечение рака без побочных эффектов
Новые открытия дают надежду на лечение рака без побочных эффектов
Есть ли альтернатива химиотерапии, лучевой терапии и противораковым препаратам?