Нейровизуализация выявила участки мозга, связанные с игровой зависимостью
Игровая зависимость связана с нарушениями в нейронных сетях, отвечающих за самоконтроль и систему вознаграждения. Изучение приводящих к этому расстройству нейробиологических механизмов откроет путь к разработке эффективных методов лечения.
Игровая зависимость, она же лудомания или гэмблинг — это состояние, при котором человек теряет контроль над азартными играми, что причиняет вред его благополучию, отношениям и повседневной жизни. Расстройство встречается примерно у 1–2% взрослого населения мира и, в силу сходства с химическими зависимостями, стало первым поведенческим аддиктивным расстройством, официально признанным в диагностических классификациях.
Нейробиология патологического влечения к азартным играм стала темой докторской диссертации, которую Альберт Бельмунт Жиль защищал в Университете Турку (Финляндия).
Исследование было сосредоточено на изучении лобной доли и стриатума — областей мозга, регулирующих самоконтроль, принятие решений и систему вознаграждения. Работа проводилась на двух независимых группах испытуемых, включавших людей с игровым расстройством и здоровых добровольцев, с использованием нескольких методов нейровизуализации, измеряющих структуру мозга, его активность и химическую передачу сигналов.
Разорванные нейронные связи
Результаты показали, что игровая зависимость связана с нарушениями фронто-стриатальных цепей — связей между фронтальной корой и подкорковыми областями.
«В частности, связи между дорсолатеральной префронтальной корой и прилежащим ядром — ключевым центром системы вознаграждения — оказались слабее нормы. Это может затруднять прекращение игры, когда возникает тяга», — объясняет Бельмунт Жиль.
По сравнению со здоровыми добровольцами у игроманов обнаружена также более сильная реакция мозга на игровые стимулы в дорсальном стриатуме. Это перекликается с предыдущими открытиями о химических зависимостях: у страдающих ими выявлена чрезмерная реакция на стимулы, связанные с приемом психоактивных веществ.
Нарушение фронто-стриатальных связей ассоциировано с функцией серотонина в мозге, а реакция на игровые стимулы — с опиоидной системой.
«У людей с игровым расстройством также были выявлены структурные аномалии в рамках фронто-стриатального контура. Они могут представлять собой изначальную уязвимость к развитию зависимости или же быть следствием длительного чрезмерного увлечения азартными играми», — полагает Бельмунт Жиль.
Новые методы лечения
Полученные данные предоставляют биологическое обоснование, которое в будущем поможет в разработке более прицельных подходов к лечению.
«Например, результаты указывают на области мозга, которые уже являются мишенями терапии при других состояниях, например, при неинвазивной стимуляции мозга магнитными импульсами. Фронто-стриатальный контур, выявленный в этом исследовании, представляет собой проверяемую мишень для такого рода стимуляции при игровом расстройстве», — отмечает докторант.
Роль серотонинергической и опиоидной системы позволяет предположить возможный эффект от медикаментозного вмешательства в их работу. Но тут не обойтись без рандомизированных контролируемых исследований.
«Наши результаты показывают, что игровое расстройство связано с измеримыми изменениями в областях мозга, регулирующих контроль, вознаграждение и формирование привычек. Понимание этих механизмов может помочь снизить стигматизацию и способствовать разработке более эффективных методов лечения», — заключил исследователь.
Его диссертация стала еще одним напоминанием, что игровая зависимость — это не вопрос силы воли, а состояние, связанное с изменениями в функциях и структуре мозга.
