Связь тревожности с недосыпанием получила эволюционное объяснение

Мы часто чувствуем себя более встревоженными и напряженными, когда не высыпаемся, и ученые, похоже, нашли причину, которая отчасти объясняет эти последствия — о чем рассказали в препринте на bioRxiv. Корнями она уходит глубоко в наше эволюционное прошлое.

Недостаток сна мешает мозгу привыкать к новой, потенциально опасной обстановке, удерживая нас в состоянии повышенной готовности. В древности это могло быть преимуществом: наши предки были уязвимее перед хищниками. Однако в современном мире такая сверхнастороженность скорее мешает, чем помогает.

«Наше тело и мозг воспринимают недосып как сигнал запустить экстренные механизмы выживания. Это эволюционная стратегия „береженого Бог бережет“, которая помогает справляться с трудностями в тяжелые времена», — объясняет нейробиолог Эти Бен Саймон из Техасского университета в Далласе.

Примерно треть взрослых на Западе сталкивается с проблемами со сном как минимум раз в неделю. Тревожные расстройства — самый распространенный тип психических нарушений — при этом выступают одновременно и причиной, и следствием таких проблем.

Предыдущие исследования уже связывали недостаток сна с усилением активности в зонах мозга, отвечающих за тревогу — например, в миндалевидном теле. В одном из экспериментов участникам показывали негативные изображения (например, изуродованные тела) после 35 часов бодрствования. Оказалось, что эмоциональные центры мозга после бессонной ночи на 60% более активны, чем после полноценного отдыха.

Виртуальные угрозы, приближенные к реальности

Однако в таких исследованиях изображения обычно демонстрируют всего на несколько секунд. «В реальной жизни угрозы редко выглядят так. Понимание, насколько недосып мешает эмоциональной адаптации в условиях, приближенных к реальным, позволяет по-новому взглянуть на роль нарушений сна в возникновении, закреплении и преодолении тревоги», — считает психолог Эмма Салливан из Мельбурнского университета, ведущий автор исследования.

В нем приняли участие 54 здоровых человека от 18 до 30 лет без истории неврологических, психических, поведенческих или связанных со сном расстройств. Половину из них попросили не спать всю ночь, что контролировалось с помощью трекеров, вторая половина спала в лаборатории сна положенные восемь часов.

На следующее утро все прошли стандартное анкетирование, определяющее уровень фоновой тревоги — у 56% невыспавшихся участников клинический порог был превышен.

Следующим этапом исследования стала прогулка в виртуальной реальности. Сначала добровольцы оказывались в светлом офисе под спокойную музыку. Затем их спускали в подвал, где нужно было собирать фонари в темных комнатах под зловещую музыку и тревожные звуки — плач, шаги, шепот. Перемещение между этими пространствами занимало около 10 минут. В это время непрерывно отслеживались частота сердечных сокращений и проводимость кожи, по которым можно очень четко оценить физиологическую реакцию на стресс.

При первом попадании в виртуальный подвал стресс испытали все участники. А при повторном визите туда у выспавшихся испытуемых уровень стресса был заметно ниже — они адаптировались к сохраняющейся угрозе. У участников же с депривацией сна он каждый раз оставался практически неизменным.

«[Лишение сна] может приводить к состоянию сверхбдительности, которое при хроническом течении способно перерасти в патологическую тревогу», — резюмирует Салливан.

Защитная роль сердечного ритма

Кроме того, выявлена защитная роль сердечного ритма. При просмотре записи своего путешествия невыспавшиеся участники, у которых он был более изменчивым, не жаловались на сильную тревогу в пугающих комнатах, хотя их объективные показатели фиксировали выраженную реакцию. Испытуемые с более стабильным пульсом чувствовали себя, наоборот, гораздо более тревожно.

«Выявление факторов, которые смягчают последствия недосыпа, очень важно. Известно, что, например, умеренные и интенсивные физические нагрузки повышают вариабельность сердечного ритма, так что это потенциальная мишень для вмешательства», — отмечает исследовательница.

По словам Бен Саймон, лечение нарушений сна также может помочь при тревоге, ведь эти состояния подпитывают друг друга. Неслучайно, что когнитивно-поведенческая терапия и сон улучшает, и снимает тревожность, добавляет Салливан.

Более того, «если по разным причинам избежать недосыпа нельзя — например, при сменной работе или у молодых родителей, — то короткий дневной сон или запланированное восстановление режима могут частично компенсировать последствия плохого сна для адаптации к сохраняющимся угрозам», — заключила она.