2100-летние монеты раскрыли, как Медузу использовали в борьбе с Римом
Около 2100 лет назад на монетах древнего царства Понт появился герой Персей с отрубленной головой Медузы Горгоны. Шенгюль Дилек Фул из университета Токат Газиосманпаша предполагает, что этот мифологический сюжет мог служить политическим символом во времена противостояния царя Митридата VI с Римом. Позже изображение Медузы использовали и для защиты погребений. Об этом говорится в исследовании, опубликованном в Journal of Literature and Humanities.
Миф на монетах противника Рима
Митридат VI правил Понтом примерно с 120 по 63 год до нашей эры. Его войска трижды воевали с Римом, который расширял влияние в восточном Средиземноморье. Царь стремился представить себя защитником народов, которым угрожала римская власть, и использовал для этого не только военные кампании, но и изображения на монетах.
Фул изучила монеты из трех древних городов — Кабейры, Команы и Тавлары. Все они находились на территории современной провинции Токат на севере Турции. Исследовательница также сравнила изображения с рельефами, надгробиями и другими предметами из местного музея.
На одной из монет Персей держит в руке голову Медузы и изогнутый меч, а у его ног лежит тело чудовища. На другой стороне изображена Афина, помогавшая герою в мифе. Другой вариант показывает голову Горгоны на щите или эгиде — защитном атрибуте богов, — а на обороте помещена Ника, богиня победы.
По мнению исследовательницы, эти сюжеты могли поддерживать политический образ Митридата VI. Персей побеждает опасного противника, а голова Медузы сохраняет смертоносную силу даже после гибели хозяйки. Для царя, бросившего вызов Риму, подобные образы могли символизировать победу над могущественным врагом.
Монеты с похожими сюжетами выпускали в нескольких городах Понтийского царства. Это позволяло распространять узнаваемые мифологические образы среди жителей разных областей.
От угрозы врагам к защите могил
После исчезновения Понтийского царства Медуза не утратила популярности. Ее лицо продолжали изображать на погребальных памятниках, архитектурных деталях и небольших декоративных предметах.
В музее Токата хранится фрагмент мраморного саркофага с гирляндами, двумя головами Медузы и фигурой обнаженного Эрота. Исследовательница относит его ко II веку нашей эры, хотя ранее в музейном каталоге он был обозначен как эллинистический. На погребальной стеле из некрополя у моста Лейлекли в городе Никсар изображена голова Горгоны над греческой надписью из шести строк. Памятник датируют III–IV веками нашей эры.
В мифах взгляд Медузы превращал людей в камень. Но именно пугающая сила этого образа могла сделать его подходящим для украшения гробниц. Древние верили, что изображения чудовищ и устрашающих лиц способны отгонять зло и защищать умерших. Такое назначение называют апотропеическим.
Как чудовище превратилось в красавицу
Со временем художники стали изображать Медузу не только как страшное существо со змеями вместо волос, но и как красивую молодую женщину. Ее лицо округлялось, волосы становились волнистыми, а небольшие крылья на лбу помогали узнать мифологического персонажа.
Пример такой традиции — терракотовая рельефная плитка, найденная в 2017 году при раскопках римских бань в древнем Себастополисе. На ней Медуза изображена с густыми кудрявыми волосами и маленькими крыльями. Канал на обратной стороне указывает, что плитку крепили к другой поверхности.
В коллекции музея Токата есть и круглые терракотовые плакетки, и бронзовые накладки с похожими изображениями. Подобные детали могли украшать военное снаряжение, конскую упряжь, мебель и здания, хотя первоначальное назначение каждого найденного предмета установить не удалось.
Рельефы Медузы встречаются и на архитектурных блоках из Никсара и Себастополиса. Некоторые из них относятся ко II веку нашей эры, другие — к IV–V векам. Это показывает, что образ оставался востребованным даже спустя столетия после падения царства Митридата.
Исследование не доказывает, что во все эпохи Медузе приписывали одинаковый смысл. На монетах ее образ мог символизировать победу царя над врагами, на могилах служить оберегом, а в украшении зданий и предметов быта сочетать декоративную роль с верой в способность отгонять зло.
