Крупнейшую группу шимпанзе разделил жестокий конфликт
Некогда сплоченная группа диких шимпанзе разделилась на две враждующие фракции, что привело к затяжному конфликту и эскалации насилия. Этот раскол говорит о том, что войны – не сомнительное достижение цивилизации, а уходят корнями глубоко в животную природу.
О громком открытии коллектив авторов сообщил на страницах Science. Основой для него послужили 24-летняя история социальных связей, 10-летние данные GPS-трекинга перемещений и 30-летняя демографическая статистика по шимпанзе Pan troglodytes, живущим в национальном парке Кибале в Уганде.
«Мы должны быть предельно осторожны в выборе слов. Это шимпанзе. Понятия „война“ и „гражданская война“ имеют особое значение для людей. То, что мы наблюдали, — не гражданская война. Однако прослеживаются важные параллели. В первую очередь — смена групповой идентичности, которая лежит в основе смертоносного конфликта», — говорит антрополог Аарон Сандел из Техасского университета в Остине, первый автор исследования.
Шимпанзе хорошо известны ужасающей жестокостью по отношению к сородичам, но обычно она направлена либо на чужаков, либо на детенышей, рожденных от самцов-соперников.
Группа шимпанзе Нгого, насчитывавшая от 150 до 200 особей, входила в число крупнейших известных популяций приматов — ближайших родственников человека. С 1995 по 2015 год сообщество считалось сплоченным: его члены жили как единое целое и демонстрировали так называемую динамику деления-слияния. Как и у всех шимпанзе, это означает, что в течение дня особи постоянно образуют временные объединения, перемещаясь по общей территории, а к вечеру снова собираются вместе.
Самки обычно покидают группу в подростковом возрасте, тогда как самцы остаются в ней на всю жизнь. До 2015 года взрослые самцы Нгого держались вместе с самками, охотились сообща и совместно патрулировали границы территории.
С чего все началось
И вот 24 июня 2015 года члены группы вновь собрались в центре своей территории. Но встреча эта завершилась ссорой: так называемая «центральная группа» шимпанзе обратила в бегство другую — «западную».
С этого дня сплоченность начала разрушаться; к 2018 году две группы окончательно разделились. В период с 2018 по 2025 год западная группа совершила 24 нападения, в результате которых погибли по меньшей мере семеро взрослых самцов и 17 детенышей из другой группы.
По словам Сандела, неясно, какая сторона первой начала конфликт, хотя именно центральные шимпанзе первыми погнались за западными. «Когда новые группы только складывались и раскол стал окончательным, и западные, и центральные шимпанзе вели себя по-хозяйски — метили территорию, охраняли границы. Но убивать начала именно западная группа. Все смертельные нападения — на их счету», — рассказывает он.
По мнению авторов, к расколу могло привести стечение обстоятельств. Первым фактором, вероятно, стала конкуренция за пищевые ресурсы. Затем, в 2014 году, умерли пять важных самцов и одна самка, что ослабило социальные узы. После этого сменился вожак. А последним ударом по надеждам на мир стала вспышка респираторного заболевания.
В январе 2017 года эта болезнь унесла жизни 25 членов группы Нгого, включая последних двух самцов, которые еще сохраняли связи и с западной, и с центральной фракциями. Похоже, именно эта трагедия окончательно обнулила шансы на примирение.
Что это значит
Исследователи полагают, что ход этого конфликта может помочь понять эволюционные корни человеческих войн. Поляризацию и войны в современном человеческом обществе обычно объясняют этническими, религиозными или политическими разногласиями. Но если сосредоточиться исключительно на этих культурных факторах, можно упустить из виду социальные процессы, которые наблюдаются и у наших ближайших родственников из животного мира.
«Возможно, в некоторых случаях ключ к миру кроется в малых, повседневных актах примирения и воссоединения между отдельными людьми», — допускают ученые.
В научном сообществе можно выделить два лагеря с разными представлениями о возникновении войн у людей, считает антрополог Мод Мужино из Бостонского университета. Представители одного считают войну сравнительно недавним изобретением с предпосылками в человеческой культуре, появившимся вместе с развитием земледелия и государств. Другие убеждены, что корни войны уходят гораздо глубже в нашу эволюцию. «Думаю, данные по Нгого — весомый аргумент в пользу сторонников „глубоких корней“», — заявляет исследовательница.
«Это исследование показывает, что социальная динамика разделения группы и последующей войны может разворачиваться без каких-либо культурных маркеров, с которыми мы обычно связываем человеческие войны, — различий в верованиях, языке, религии, одежде», — добавляет антрополог Люк Гловацки из Бостонского университета.
