Статьи
Статья

«Свет приходит к нам с севера — из России»

В этот день, 145 лет назад, 23 марта 1876 года, был оформлен патент на свечу Яблочкова. В прессе она получила название «русский свет» и «русское солнце» и широко разошлась по миру: от Санкт-Петербурга до Парижа. В честь юбилейной даты рассказываем, как проходила научная гонка среди изобретателей и как два русских ученых проиграли «королю патентов» из США.

В поисках идеальной лампочки

Полтора века назад на смену тусклому газовому освещению пришло электрическое. Как это часто бывает с научными прорывами, идея буквально витала в воздухе, когда за ее реализацию почти одновременно взялись три изобретателя: Павел Яблочков, Александр Лодыгин и Томас Эдисон. По красивому совпадению все они родились в один год — 1847-й.

Лодыгин экспериментировал с уже известными лампами накаливания, пытаясь продлить срок их службы за счет нового материала нити накаливания. В 1874 году он получил патент на свою лампу со светящимся угольным стержнем внутри прозрачного сосуда без доступа кислорода.

Павел Яблочков был вдохновлен опытами Лодыгина по освещению улиц и помещений в России: успешный пример ровесника заставил Павла Николаевича сосредоточиться на электрических лампах. В 1874 году он поучаствовал в освещении на железной дороге: впервые в истории на паровозе был установлен прожектор с дуговой лампой — регулятором Фуко. Это был правительственный поезд из Москвы в Крым. Яблочкову пришлось постоянно менять угли в приборе и подкручивать регулятор, а затем перетаскивать сложную технику с одного локомотива на другой — и так всю дорогу. После этой поездки молодой инженер решил, что нужен новый способ электрического освещения — без регулятора Фуко, который был очень сложным и требовал постоянного внимания. 

Павел Яблочков, Александр Лодыгин и Томас Эдисон
Павел Яблочков, Александр Лодыгин и Томас Эдисон

К созданию свечи Яблочкова привели многочисленные и упорные опыты по электролизу, которые Павел Николаевич проводил в 1875 году. В одном из экспериментов угли, расположенные параллельно в электролитической ванной, случайно коснулись друг друга и на мгновение вспыхнули, осветив лабораторию. Яблочков решил, что будущее именно за электрической угольной дуговой лампой, и вплотную занялся прибором. Много времени ушло на выбор изолирующего вещества и получение подходящих углей. Что же представляла собой свеча Яблочкова? Очень простое и дешевое устройство: два стержня, разделенные изоляционной прокладкой из каолина, зажимались по отдельности в клемме подсвечника. На верхних концах возникал дуговой разряд, из-за чего пламя дуги ярко вспыхивало и горело, пока не сжигались угли.

Кстати, первую электрическую дугу получил в опыте и описал еще один русский ученый — физик Василий Петров. Еще в 1802 году он регистрировал пламя, когда пропускал ток по двум стержням из древесного угля. Прошло более 70 лет, прежде чем это открытие вылилось в действующий прибор и патент. 23 марта 1876 года стало вехой в истории развития светотехники и триумфом русского изобретателя.

О нем заговорили во Франции, Британии, США. Мировая пресса не жалела эпитетов, которые и сегодня приятно прочесть: «Россия — родина электричества», «Свет приходит к нам с севера — из России», «Северный свет, русский свет — чудо нашего времени» «Вы должны видеть свечу Яблочкова», «Изобретение русского отставного военного инженера Яблочкова — новая эра в технике».

Свеча Яблочкова имела преимущества перед угольной лампой Лодыгина. Она оказалась проще и дешевле: первые образцы разлетались по 20 коп. и служили полтора часа, после этого нужно было вставить в фонарь новую свечу. Со временем появилось ноу-хау: фонари с автоматической заменой свечей.

Промоушен изобретения — дело рук изобретателя

Павел Яблочков приложил немало усилий к популяризации своих свечей. Он не остался в Москве, где не нашлось поддержки его инновациям, а лично поехал в Париж и США, демонстрировал свою свечу на выставках (первый показ произошел в Лондоне в апреле 1876 года), знакомился с полезными людьми и всячески занимался продвижением ноу-хау. В итоге в Париже было налажено производство свечей русского изобретателя Яблочкова: их выпускали по 8000 штук ежедневно. В 1877 году «русским светом» осветились магазины Лувра, парижские улицы и ипподром, достопримечательности Лондона, улицы Европы, и только в конце 1878 года чудо дошло до России.

Первыми отечественными объектами, получившими освещение, стали казармы Кронштадтского учебного экипажа и площадь возле дома командира Кронштадтского морского порта. Кстати, тут есть интересная предыстория, которая много говорит о самом изобретателе. Еще до отъезда за границу он предлагал свой патент военному министерству России, причем абсолютно бесплатно. Но когда ответа не последовало, изобретатель перебрался в Париж и продал патент вместе с правами на производство свечей французским предпринимателям за миллион франков. Когда же один из великих князей заметил свечи Яблочкова на Парижской выставке в 1878 году и пообещал их продвижению в России, Павел Николаевич вернул миллион франков французам, забрал патент и переехал в Петербург, чтобы открыть производство и заняться электрификацией российских городов. Деньги ему были не так важны, как внедрение своей инновации на Родине.

Ипподром, освещенный свечами Яблочкова

Однако «русский свет», добравшийся в Европу, США, Индию и даже дворцы короля Камбоджи, пришелся по нраву далеко не всем. Категорически против были акционеры газовых компаний, ведь освещение на улицах до этого времени целиком зависело от газа. Мощные протесты лобби в Лондоне вынудили английский парламент учредить в 1879 году комиссию, которая решала, насколько допустимо широкое использование электрического освещения в Британской империи. У Яблочкова нашлось немало противников и один более удачливый соперник.

Вор патентов или талантливый изобретатель?

В США за экспериментами русских изобретателей пристально следил Томас Эдисон. Он вошел в историю не только как изобретатель, но и как «король патентов», поскольку успел за свою жизнь получить 1093 патента в США и 3000 в других странах мира. Кто-то даже называет его вором патентов — и не без основания.

Эдисон занялся усовершенствованием лампы накаливания и, незначительно изменив изобретение Лодыгина, запатентовал его под своим именем в 1879 году. Павел Яблочков в дальнейшем прямо заявлял, что Томас Эдисон украл у русских ученых их мысли, идеи и изобретения, но это ни к чему не привело. Главным «козырем» лампы Эдисона стала продолжительность ее работы — 40 часов. Чтобы добиться такого эффекта, американец провел около 1500 испытаний различных материалов, подходящих для нити накаливания электрической лампы. Он перепробовал около 6000 образцов материалов и потратил $100 000, пока не остановился на карбонизированном бамбуке. Эдисон был увлеченным трудоголиком: однажды он провел в лаборатории 45 часов без перерыва, изучая характеристики угольной цепи лампы. В среднем он трудился по 16–19 часов в сутки.

Научный метод Эдисона описал Никола Тесла: «Если бы Эдисону понадобилось найти иголку в стоге сена, он не стал бы терять времени на то, чтобы определить наиболее вероятное место ее нахождения. Он немедленно с лихорадочным прилежанием пчелы начал бы осматривать соломинку за соломинкой, пока не нашел бы предмет своих поисков. Его методы крайне неэффективны: он может затратить огромное количество времени и энергии и не достигнуть ничего, если только ему не поможет счастливая случайность».

Счастливая случайность, упорство и грамотный промоушен привели к тому, что изобретение Эдисона быстро вытеснило свечу конкурента. На Первой международной выставке электричества в Париже в 1881 году лампа Эдисона окончательно затмила ноу-хау Яблочкова, так как могла гореть 800–1000 часов, не требуя замены, ее можно было гасить и зажигать сколько угодно раз. После этого наступил триумф американского изобретателя, а у Яблочкова началась в жизни черная полоса, завершившаяся его ранним уходом в 46 лет.

Переключившись на химические источники тока, Павел Николаевич пострадал во время одного из опытов с хлором и сжег себе слизистую оболочку легких, после чего испытывал проблемы с дыханием. Взрыв натровой батареи в 1884 году чуть не лишил его жизни. А вскоре состояние ухудшилось: он пережил два инсульта, затем прибавилась водянка, опухали ноги. Предвидя скорый конец, ученый окончательно перебрался на Родину в 1892 году и привез свои заграничные патенты, заплатив за них 1 млн руб. Это были все его сбережения, но он хотел, чтобы его изобретения служили на благо России. Умер Яблочков в 1894 году. Так совпало, что похороны пришлись на 23 марта — день получения патента на свечу. На памятнике Яблочкову выбито его сбывшееся пророчество: «Электрический ток будет подаваться в дома как газ или вода».

Ровесники изобретателя Лодыгин и Эдисон дожили до глубокой старости — правда, американец пережил русского почти на десятилетие. Еще в 1880-е годы Лодыгин, переехавший в США, с удивлением узнал, что изобретенная им лампочка носит имя Эдисона, но доказывать свое первенство не стал, а принялся совершенствовать свое изобретение. В опытах с нитью из тугоплавких металлов в 1890-х годах он наконец-то нашел самый подходящий материал для лампы накаливания, который используется и в наши дни, — вольфрам. Вольфрамовая нить может служить тысячи часов, экономит электричество и светит ярче, чем ее предшественницы. Первые лампы с вольфрамовой спиралью производились по патенту Лодыгина.

Механическое телевидение

Как изобрели телефон — вещь, которая была никому не нужна

7 случайных изобретений

Читайте также
В Геркулануме нашли римского офицера, погибшего при попытке спасти людей от извержения Везувия
В Геркулануме нашли римского офицера, погибшего при попытке спасти людей от извержения Везувия
Офицеру была поручена невыполнимая миссия по спасению жителей Геркуланума.
Появилась новая версия причины смерти Чингисхана
Появилась новая версия причины смерти Чингисхана
Может, не самая романтичная, зато наиболее правдоподобная.
Стало известно, когда на лошади начали ездить верхом
Стало известно, когда на лошади начали ездить верхом
Переход на верховую езду принципиально изменил уклад жизни степных народов.