МРТ показала, почему некоторые люди устойчивее к психологическому стрессу
«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Этот принцип Анны Карениной, популярный у западных ученых, применим, оказывается, и в отношении стрессоустойчивости.
А точнее, ее нейронных основ, которые стали предметом изучения в Институте систем нейробиологии Кавли Норвежского университета естественных и технических наук. Результаты исследования опубликованы в журнале Imaging Neuroscience.
«Мы хотели проверить, можно ли понять, почему люди так по-разному переживают одни и те же ситуации. И мы действительно увидели это на уровне нейронных механизмов. Люди с высокой стрессоустойчивостью реагируют одинаково. Те, у кого устойчивость низкая — более индивидуально», — говорит нейробиолог Мэриам Зиаэй, руководившая экспериментами.
В них приняли участие 33 мужчины и 29 женщин, психически здоровых и гарантировавших, что они не употребляют психоактивные вещества. Испытуемые легли в аппарат МРТ и смотрели там короткие видео. Героини одного, нейтрального, заняты гончарным мастерством, в другом, негативном, девушка отчаянно пытается не сорваться в пропасть. Участники также заполнили анкеты с вопросами о тревожности, депрессии и воспринимаемом стрессе, и выполнили задания на компьютере.
Функциональная магнитно-резонансная томография показала, что у подопытных с высокой психологической устойчивостью во время просмотра фильмов активировались одни и те же области мозга. У тех же, кто показал низкую устойчивость, включались другие зоны, и внутри этой группы сходство паттернов нейронной активности было меньше.
«Это не значит, что эти области не работают. Просто их работа устроена иначе. Можно сравнить с автомобилем. Машина состоит из множества деталей, и все они должны работать исправно, чтобы она ехала. Если одна или несколько деталей выходят из строя, в конце концов машина сломается полностью», — объясняет исследовательница.
По ее словам, психическая устойчивость — это не конституциональная черта личности, а динамичный процесс, влияющий на то, как мы воспринимаем стресс, оцениваем ситуации и мобилизуем стратегии преодоления. Стрессоустойчивые люди чаще испытывают положительные эмоции, быстрее отвлекаются от негативных стимулов и эффективнее регулируют свои эмоции.
«Психологическая устойчивость — это наша способность справляться с невзгодами и адаптироваться, когда происходит что-то неприятное. Это важная часть нашего психического здоровья», — убеждена Зиаэй.
Авторы выявили также связь между стрессоустойчивостью и дискомфортом в ситуации неопределенности — одного из факторов риска развития тревожных расстройств. «Мы обнаружили, что у людей с более высокой непереносимостью неопределенности сходство мозговой активности, связанное с устойчивостью, ниже», — констатирует нейробиолог.
Иными словами, у тех, кому дискомфортнее в ситуации неопределенности, мозговая активность в зонах, отвечающих за фокусировку внимания и устойчивость, менее синхронизирована.
«Это говорит о том, что дискомфорт от неопределенности может осложнять восстановление после трудностей, потому что он влияет на то, на чем человек фокусирует внимание в окружающей обстановке. Если мы начинаем сильно тревожиться, когда что-то кажется неясным, это ослабляет ресурсы для достижения психологического благополучия. У людей разные стратегии регуляции эмоций, и над этими стратегиями можно работать, их можно укреплять», — резюмировала Зиаэй.
