Антропологи выяснили, откуда появилась норма сна в 8 часов
Новый обзор в журнале Brain Medicine, ставит под сомнение известное правило о сне. Восемь авторов из разных стран собрали данные антропологии, архивов и геномики — и число «8 часов» не пережило эту проверку. Люди из трех охотничье-собирательских обществ, живущие без электрического света, спят от 6,4 до 7,1 часа за ночь — не больше, а местами даже меньше среднего показателя в индустриальных странах.
Число, которое никто не измерял
Еще в середине XIX века закрепилась удобная арифметика — восемь часов работы, восемь отдыха, восемь сна. Формула прочно вошла в сознание, но систематически ее никто не проверял. Одна из первых попыток измерения — опрос 1913 года в Стэнфорде, который иногда приводят как доказательство того, что раньше спали девять часов, — при ближайшем рассмотрении оказался опросом детей, а не взрослых.
«Литература постоянно спрашивает, спим ли мы меньше своих предков, но мы считаем это неверным вопросом, — говорит первый автор обзора доктор Сейтикуриппу Панди-Перумал из Пуны. — Индустриальный сон отличается от доиндустриального не количеством часов, а тем, когда именно человек спит и насколько стабильно повторяется этот режим».
Что изменила индустриализация
Авторы обзора сравнили данные о сне у трех народов — хадза, сан и цимане. Их режим тесно связан с естественной сменой дня и ночи, но сам сон при этом остается непрерывным. Исследователи не нашли подтверждений распространенному представлению о том, что наши предки спали короткими отрывками в течение суток.
По мнению ученых, индустриализация изменила четыре вещи — сон сдвинулся на более позднее время, ежедневная регулярность пропала, привязка к естественному свету ослабла, а нарушения сна участились. Общее количество часов изменилось меньше всего.
Спали ли предки в два захода
Авторы обращаются к книге историка Роджера Экирха, утверждавшего, что доиндустриальные европейцы спали двумя блоками с перерывом на бодрствование. Обзор не отвергает эту идею, но усложняет ее — по данным пересмотра тех же источников, выражение «первый сон» в старых текстах имело несколько значений и не всегда указывало на строгую двухчастную структуру. Самое цитируемое экспериментальное подтверждение описывает условия, мало похожие на доиндустриальный вечер при свече.
Вывод оказался не таким однозначным: сон доиндустриальных обществ не был повсеместно разделен на короткие периоды, а современный непрерывный восьмичасовой сон — не единственный возможный вариант. На режим сна влияют условия жизни, включая освещение, климат, распорядок работы и особенности конкретного сообщества.
Ген, который спорит с рекомендациями
Обзор описывает ген DEC2, обнаруженный в семье, чьи члены спали около шести часов без признаков недосыпа. Этот же вариант воспроизвели у мышей — они тоже спали меньше, но без нарушений.
«Клинически главное следствие — мы должны перестать считать пациентом каждого, кто спит мало, — говорит соавтор доктор Ахмед БаХаммам. — Если короткий сон связан с подтвержденным вариантом гена, коррекция приносит больше вреда, чем пользы».
Молекула, объединяющая пещерных рыб и аптеку
Самая яркая линия обзора — орексин, вещество, поддерживающее бодрствование. Его утрата вызывает нарколепсию у людей и собак. Пещерные рыбки, независимо «разучившиеся» спать в разных пещерах, демонстрируют усиленную работу той же системы. Антагонисты орексина уже применяют для лечения бессонницы.
«Орексин оказался той нитью, которая все связывает, — говорит соответствующий автор доктор Рэнди Нельсон. — Механизм, сохранившийся в стольких разных линиях, явно говорит нам что-то важное о том, как устроено бодрствование».
Что остается неясным
Главный открытый вопрос — если семь-восемь часов сна полезны, сохраняется ли эта польза, если они приходят двумя частями, а не одной? Судя по всему, это еще никто не проверял.
Авторы предлагают оценивать сон не только по длительности, но и по времени отхода ко сну, регулярности и циркадному согласованию. Возможно, все это время мы просто измеряли не то.
